I. СОВРЕМЕННАЯ РЕЧЕВАЯ СИТУАЦИЯ

Язык является мощным средством регуляции деятельности людей в различных сферах, поэтому изучение речевого поведения современной личности, осмысление того, как личность владеет богатством языка, насколько эффективно им пользуется, – очень важная и актуальная задача. Поэт Лев Ошанин в лирической миниатюре передал те эмоциональные ощущения, которые возникают при речевых «сбоях» (в стихотворении обыгрывается одна из наиболее типичных речевых ошибок):

Я номер набрал
И ошибся звонком –
Голос женский совсем незнаком.
Но так глубок,
Необычен, личен –
Казалось,
Всю жизнь мечтал о таком.
Он тих, но вот-вот зазвучит,
Только троньте…
И вдруг я слышу:
«Куда вы звоните!?»
И сразу, как будто град в окно,
Как будто меня обокрали в кино.
– Ах, девушка, извините –
Не звоните, а звоните! –
А она в ответ: «Не всё ли равно».
Ей все равно. Ушла. Откололась.
А мне теперь забывать ее голос.

Каждый образованный человек должен научиться оценивать речевое поведение – свое и собеседников, соотносить свои речевые поступки с конкретной ситуацией общения.
Сегодня речь наших современников привлекает все большее внимание журналистов, ученых разных специальностей (языковедов, философов, психологов, социологов), писателей, педагогов, она становится предметом острых дискуссий рядовых носителей русского языка. Ощущая речевое неблагополучие, они пытаются ответить на вопрос, с чем связано тревожащее многих состояние речевой культуры. Извечные русские вопросы «что делать?» и «кто виноват?» вполне закономерны по отношению к русскому языку и к русской речи.
В глубоком исследовании «Русский язык конца XX столетия (1985–1995)» сделана попытка выделить наиболее значимые черты русского языка конца века. В нем отмечается:
«События второй половины 80-х – начала 90-х годов по своему воздействию на общество и язык подобны революции. Состояние русского языка нашего времени определяется рядом факторов.
1. Резко расширяется состав участников массовой и коллективной коммуникации: новые слои населения приобщаются к роли ораторов, к роли пишущих в газеты и журналы. С конца 80-х годов возможность выступать публично получили тысячи людей с разным уровнем речевой культуры.
2. В средствах массовой информации резко ослабляются цензура и автоцензура, ранее в значительной степени определявшие характер речевого поведения.
3. Возрастает личностное начало в речи. Безликая и безадресная речь сменяется речью личной, приобретает конкретного адресата. Возрастает биологичность общения, как устного, так и письменного.
4. Расширяется сфера спонтанного общения не только личного, но и устного публичного. Люди уже не произносят и не читают заранее написанные речи. Они говорят.

5. Меняются важные параметры протекания устных форм массовой коммуникации: создается возможность непосредственного обращения говорящего к слушающим и обратной связи слушающих с говорящими.
6. Меняются ситуации и жанры общения и в области публичной, и в области личной коммуникации. Жесткие рамки официального публичного общения ослабляются. Рождается много новых жанров устной публичной речи в сфере массовой коммуникации. Сухой диктор радио и ТВ сменился ведущим, который размышляет, шутит, высказывает свое мнение.
7. Резко возрастает психологическое неприятие бюрократического языка прошлого (так называемого новояза).
8. Появляется стремление выработать новые средства выражения, новые формы образности, новые виды обращений к незнакомым.
9. Наряду с рождением наименований новых явлений отмечается возрождение наименований тех явлений, которые возвращаются из прошлого, запрещенных или отвергнутых в эпоху тоталитаризма» (Русский язык конца XX столетия. М., 1996).
Свобода и раскрепощенность речевого поведения влекут за собой расшатывание языковых норм, рост языковой вариативности (вместо одной допустимой формы языковой единицы оказываются допустимыми разные варианты).
Точную характеристику современного состояния русского языка с позиций лексикографа (составителя словарей), для которого всегда принципиально важно отделить единичное и случайное от закономерного и перспективного для языка, дает Г. Н. Скляревская: «Мы имеем уникальную возможность наблюдать и исследовать язык в пору его стремительных и, как кажется, катастрофических изменений: все естественные процессы в нем ускорены и рассогласованы, обнаруживаются скрытые механизмы, действие языковых моделей обнажено, в массовом сознании наблюдаемые языковые процессы и факты оцениваются как разрушительные и гибельные для языка. Такая динамика и такое напряжение всех языковых процессов производят впечатление языкового хаоса, хотя в действительности дают драгоценный и редкий материал для лингвистических открытий» (Скляревская Г. Н. Русский язык конца XX века: версия лексикографического описания // Словарь. Грамматика. Текст. М., 1996).

Особое влияние оказывают на состояние речевой культуры средства массовой информации. Каждый человек ежедневно испытывает мощное воздействие телевизионной речи, речи, звучащей в радиоэфире или представленной на страницах газет и журналов. Качество этой речи вызывает непосредственный эмоциональный отклик. Именно газеты и журналы, радио и телевидение для многих носителей языка служат основным источником представлений о языковой норме, именно они формируют языковой вкус; со средствами массовой информации справедливо связывают и многие болезни языка.
Языковая раскрепощенность, временами переходящая в разнузданность, тиражирование языковых ошибок, не встречающих должного отпора, притупляют чувство языковой ответственности. Речевая неряшливость, приверженность штампам, стремление прикрыть банальность мысли «престижными» словами и словосочетаниями обнаруживаются в многочисленных высказываниях, звучащих на радиоволнах и с экранов телевизоров. Многие передачи, прежде всего адресованные молодежи, расшатывают представления о допустимом и недопустимом в публичной речи.
Современная периодическая печать пестрит немотивированными заимствованиями, неумело образованными окказиональными словами (единичными авторскими новообразованиями), жаргонной лексикой. Снятие идеологических запретов, стремление обновить лексико-стилистические ресурсы публицистики обусловливают высокую степень раскованности масс-медиа. «Постоянное присутствие жаргонизмов в письменных текстах ведет к их "замораживанию", как бы стабилизирует их, олитературивая и, конечно, снижая их жаргонность» (Костомаров В. Г. Языковой вкус эпохи. М, 1994).
Двадцать лет назад Д. С. Лихачев впервые использовал достаточно новое в то время понятие экология в необычном контексте – «экология культуры», «нравственная экология». Он писал: «…Экологию нельзя ограничивать только задачами сохранения природной биологической среды. Для жизни человека не менее важна среда, созданная культурой его предков и им самим. Сохранение культурной среды – задача не менее существенная, чем сохранение окружающей природы». В последние годы все чаще ставится вопрос об экологии языка, непосредственно связанной с сознанием человека, с определяющими свойствами его личности; экология языка является неотъемлемой составляющей экологии культуры.
«Загрязнение языковой среды», которое происходит при активном участии средств массовой информации, не может не оказывать пагубного воздействия на речевую культуру носителя языка. Здесь уместно вспомнить слова С. М. Волконского, который еще в 20-е годы XX века писал: «Чувство языка (если можно так выразиться, чувство чистоты языка) есть очень тонкое чувство, его трудно развить и очень легко потерять. Достаточно самого малого сдвига в сторону неряшливости и неправильности, чтобы уже эта неряшливость превратилась в привычку, и, как дурная привычка, в качестве таковой она будет процветать. Ведь это в природе вещей, что хорошие привычки требуют упражнения, а дурные сами развиваются» (Волконский С. М. О русском языке // Русская речь. 1992. №2).
Сегодня умение вести диалог становится одной из важнейших характеристик личности как социального феномена. Значительное возрастание роли устной речи в структуре общения, расширение ее функций существенно изменили представление об эталонных качествах оратора. Ориентация на устное (значит, более свободное) речевое общение определяет многие качества речи, обнаруживающиеся на разных уровнях.
Известный лингвист академик Ю. Д. Апресян пишет, что уровень речевой культуры общества (а следовательно, и состояние языка) определяется относительным весом разных типов владения языком:
1. Высокое искусство слова, представленное в первоклассной литературе. Этот уровень владения языком может рассматриваться как эстетический идеал.
2. Хорошее ремесленное (т. е. профессиональное) владение языком, представленное в хорошей журналистике и в хороших переводах.
3. Интеллигентное владение языком, в котором доминирует здоровое консервативное начало.
4. Полуобразованное владение языком, «соединенное с плохим владением мыслью и логикой».
5. Городское просторечие, молодежный жаргон (Апресян Ю. Д. О состоянии русского языка // Русская речь. 1992. №2).
Автор подчеркивает, что именно четвертый тип, воплощающий комплекс «речевой неполноценности» носителя языка, его попытки имитировать культурную речь, привязанность к идеологическим штампам, таит в себе разрушительное начало.
Речевой портрет языковой личности в значительной степени определяется богатством ее лексикона. Именно оно обеспечивает свободу и эффективность речевого поведения, способность полноценно воспринимать и перерабатывать поступающую в вербальной форме информацию. Речевую ситуацию рубежа веков характеризуют, с одной стороны, активное обогащение словаря (поток заимствований, адаптация обыденным сознанием терминологической лексики, продвижение жаргонных единиц в литературный язык), а с другой – обеднение определенных фрагментов словаря, в значительной степени обусловленное изменением круга чтения, девербализацией культуры.
Понимание языковой среды естественно связывается с тем местом, которое занимает в современном обществе книга и – шире – письменный текст. Круг читаемых и изучаемых текстов оказывает большое влияние на формирование личности. В процессе чтения мы не просто воспринимаем тексты. Их фрагменты присваиваются личностью, перерабатываемые слова и словосочетания формируют лексикон. Количество и качество прочитанных текстов непосредственно отражаются на тех речевых произведениях, которые создает носитель языка в разных сферах общения.
Философы, психологи с большой тревогой говорят сегодня об экспансии экранной культуры, вытесняющей культуру чтения. Как известно, читающий человек иначе мыслит, обладает большим запасом слов, однако черты языковой личности определяются не только количеством, но и качеством прочитанного; свойства создаваемых речевых произведений зависят от свойств регулярно перерабатываемых текстов, представляют собой результат их переработки. Выдающийся литературовед и философ М. М. Бахтин писал о том, что «индивидуальный речевой опыт всякого человека формируется и развивается в непрерывном и постоянном взаимодействии с чужими индивидуальными высказываниями».
Анкета, на которую ответили десятиклассники трех московских школ, свидетельствует о печальном факте: десятки имен, создающих многомерное поле культуры, для сегодняшних школьников не значат ничего, поскольку они им просто не знакомы. Разрастается трещина во взаимопонимании поколений. Это не может не сказаться и на способности общаться, вести конструктивный диалог. Общий язык культуры создается на тех текстах, которые уже сформировали языковое сознание поколений.
Писатель И. Волгин с тревогой отмечает: «Есть какая-то тайная связь между ослабевшей грамматикой и нашей распавшейся жизнью. Путаница в падежах и чудовищный разброд ударений сигнализируют о некоторой ущербности бытия. За изъянами синтаксиса вдруг обнаруживаются дефекты души. <…> Повреждение языка – это, помимо прочего, и повреждение жизни, неспособной выразить себя в ясных грамматических формах и поэтому всегда готовой отступить в зону случайного и беззаконного. Язык – неписаная конституция государства, несоблюдение духа которой ведет к гибели всякую (в том числе и духовную) власть» (Лит. газета. 1993. № 34). По мнению автора, у многих носителей русского языка, в том числе и получающих высшее образование «будущих интеллектуалов», исчезло естественное чувство стыда за грубые ошибки в письменных текстах; во всеобщем «празднике вербальной свободы» участвуют и те, кому по роду деятельности следовало бы отстаивать идеалы отечественной словесной культуры.
В разных речевых сферах наблюдается заметное оскудение речи на лексическом уровне, ее усеченность – на уровне построения высказывания, небрежность – на фонетическом и морфологическом уровне. Происходит явное снижение общего уровня речевой культуры в средствах массовой информации, в профессиональном и бытовом общении. Более категорично об этом пишет Н. Г. Комлев: «Люди используют разнообразие языковых средств в микроскопических размерах. Культура речевого воздействия упала до самой низкой черты. Русская речь катастрофически отстает от высоких канонов российской словесности. Она становится все более примитивной, стилистически беспомощной и зачастую вульгарной» (Лит. газета. 1997. 8 октября).
Интенсивный рост заимствований в последнее десятилетие в значительной степени определяет речевой портрет молодого россиянина конца XX века. С одной стороны, это проявляется в закономерной интернационализации осваиваемого терминологического аппарата современной науки, в приобщении к современным технологиям (особенно показательно бурное обогащение той части лексикона, которая связана с компьютерной техникой), с другой – в ничем не оправданной американизации обыденной речи.
Ю. Н. Караулов подчеркивает, что «внедрение иноязычных слов идет от лености ума, консерватизма мышления говорящего и пишущего, от нежелания "растормошить" ресурсы родного языка и заглянуть в его запасники, а иногда, правда, от стремления к элитарности в тексте, от гордыни знающего иностранные языки перед незнающими их. Все это мелкие человеческие слабости, которые поддаются воспитательному и разъяснительному воздействию» (Караулов Ю. Н. О некоторых особенностях современного состояния русского языка и науки о нем // Русистика сегодня. 1995. № 1). Эти слова вполне приложимы и к речевому поведению современной языковой личности и характеризуют прежде всего «полуобразованный» тип владения языком. К социально-психологическим факторам, объясняющим широкое распространение заимствований, можно отнести восприятие иноязычного слова как более престижного, связь его с элитарной культурой. Непонятность иноязычного слова, непрозрачность его внутренней формы нередко ослабляют механизмы речевого контроля и ведут к коммуникативным сбоям.
Итак, наш современник, свободный и раскрепощенный в своей речи, не должен забывать о языковой ответственности: именно с помощью языка передаются культурные и интеллектуальные богатства из поколения в поколение, именно хорошее владение родным языком дает личности возможность полно реализовать себя в профессии и в творчестве; качество языковой среды свидетельствует о духовном здоровье общества.

Дополнительная информация из Википедии по теме: I. СОВРЕМЕННАЯ РЕЧЕВАЯ СИТУАЦИЯ

Юрген Хабермас
нем. Jürgen Habermas
JuergenHabermas retouched.jpg
Ю. Хабермас. 2008 г.
Дата рождения 18 июня 1929(1929-06-18) (90 лет)
Место рождения Дюссельдорф, Германия
Страна
  • Flag of Germany.svg  Германия
Учёная степень доктор философии
Альма-матер
  • Марбургский университет
  • Гёттингенский университет
  • Боннский университет
  • Цюрихский университет
Школа/традиция Критическая теория ( Франкфуртская школа)
Направление Западная философия
Период Философия XX века
Основные интересы Эпистемология, политическая теория, социальная философия, социология, психоанализ
Значительные идеи Постметафизика, коммуникативная рациональность, коммуникативное действие, свободные от принуждения коммуникации, этика дискурса, всеобщая прагматика, моральный универсализм, постсекуляризм, структуральное преобразование общественной сферы, новый проект модерна, совещательная демократия, конституционный патриотизм, наднациональная власть, транснациональная власть
Оказавшие влияние И. Кант, Ф. Шеллинг, Г. Гегель, К. Маркс, Ф. Энгельс, Р. Люксембург, В. Брандт, Э. Дюркгейм, М. Вебер, Ф. Ницше, З. Фрейд, В. Гумбольдт, Прагматизм, Д. Лукач, Д. Г. Мид, Э. Гуссерль, Э. Ротхакер, М. Хоркхаймер, Т. Адорно, Ж. Пиаже, Т. Парсонс, Г. Маркузе, Х. Арендт, К. О. Апель, Н. Луман
Испытавшие влияние К. О. Апель, Н. Луман, А. Хоннет, А. Моккус, Р. Форст, С. Бенхабиб, Н. Фрэзер, Х. Х. Хоппе, К. Уилбер, А. Лоренцер
Премии Премия Клюге, Премия Соннинга
Подпись Подпись
Логотип Викицитатника Цитаты в Викицитатнике
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

Ю́рген Ха́бермас ( нем. Jürgen Habermas; 18 июня 1929, Дюссельдорф) — немецкий философ и социолог. Профессор во Франкфурте-на-Майне (с 1964 года). Директор (наряду с К. Вайцзеккером) Института по исследованию условий жизни научно-технического мира Общества Макса Планка в Штарнберге ( 1970— 1981). Считается представителем франкфуртской школы. Один из наиболее влиятельных политических и социальных мыслителей второй половины XX века, создатель концепций коммуникативного действия и этики дискурса.

Смотри полный текст на Wikipedia

Обсуждение темы

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *